Время чтения: 18 мин

«Тринадцатый ангел»

Христианское фэнтези

Ася Белкина

Краткое содержание предыдущих глав


Что читают с этим материалом? Украинцы в мире — плюсы и минусы жизни в Скандинавии и Нидерландах


По заданию Архангела Михаила ангел под именем «Тринадцатый» разыскивает писателя Александра Барта, чтобы помочь ему создать роман об Иуде Искариоте, который давно хотел почитать Сам Господь. Как бывший Ангел-Хранитель Иуды, Тринадцатый является к Искариоту и уговаривает «надиктовать» Алексу Барту свою историю, чтобы тот смог написать роман.

Однако первая же встреча автора со своим будущим героем (ангел организовал ее, усыпив Барта) приводит к ссоре Барта и Искариота. Только благодаря уговорам Тринадцатого ангела Искариот обещает «надиктовывать» свою историю жизни, но Барт так и не решается начать роман и ощущает себя творческим импотентом.

Ситуация усложнилась еще и тем, что Ангел-Хранитель Александр, приставленный Алексу Барту, исчез. В первый же день пребывания в квартире Барта, Тринадцатый знакомится с бесом Барта по имени Регент, который помогает писателю создать цикл книг про героев ада, а потом избавившись от его Ангела-Хранителя, помог Барту получить престижную премию по литературе. Но с тех пор, как исчез Ангел-Хранитель, Алекс не может написать ни строчки. Бес переживает, что его подопечный окончательно перестанет писать и станет не нужен сатане, потому начинает уходить в запой.


Что читают с этим материалом? Как запорожские казаки пиратами были


Вместо спиртного бес Регент выпивает несколько колб с елеем Тринадцатого ангела после чего становится добрее и соглашается показать, куда он спрятал Хранителя Александра. Вместе с Рефаимом по имени Гонгорий, Регент и Тринадцатый возвращают в квартиру Алекса Барта Ангела-Хранителя и начинают его лечить. По мере того, как Ангел-Хранитель выздоравливает, Алекс Барт начинает писать новый роман.

Но процесс Барта не радует, а пугает, ведь он не понимает, что пишет. Лишь найдя в своей квартире 30 древних тетрадрахм, он вдруг вспоминает сон про Иуду Искариота, который заказал ему книгу о себе. Алекс понимает, что должен выполнить «заказ», и все свое время, не занятое в спектаклях, он отдает написанию романа об Иуде. Однако после встречи со старой знакомой Лялей, он снова начинает пить и во время спектакля теряет сознание прямо на сцене.Тринадцатый ангел глава 11, любовь и борщ

Глава 12

Ангелы тоже ошибаются.

Тысячи молитв для Иуды

Иуда Искариот был доволен. Хитон, который сшила Мария Алексию, идеально подошел больному Ангелу-Хранителю. Последний плакал от счастья и посылал рукам Марии и сердцу Иуды тысячи молитв, от чего Искариот то краснел, то бледнел как маленький мальчик. Вот уже две тысячи лет никто, кроме Тринадцатого, не посылал Иуде тысячи молитв. И это было крайне приятно…

Ангел-Хранитель хоть и медленно, но шел на поправку. В моменты бодрствования он неистово молился за своего подопечного Алекса Барта. Окончательно выбившись из сил, он обычно просил Тринадцатого ставить ему пластинки, под которые засыпал, блаженно улыбаясь.


Что читают с этим материалом? Еда-2018 — что модно и вкусно попробовать в этом году


Ангелы тоже ошибаются.

Коул Портер и Высоцкий

Ангелы давно перебрались с диванчика у окна на антресоли, где было тепло и не мешала собака. Там лежало клетчатое английское одеяло, старый проигрыватель и гора пластинок, которые Регент хотел сначала выкинуть. Но Хранитель упросил оставить ему какую-то музыку — уж очень он тоскует без молитвенного ангельского пения на небе. Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези

Sushiya UA
Бес в шутку поставил Высоцкого — и Хранитель уснул, счастливый. В другой раз он поставил Хранителю раритетную пластинку 50-тых годов ХХ века Коула Портера с весьма двузначными песенками:

«Это природа, это — все,
Просто приказывает нам
Влюбиться. О, да…

И вот почему птицы это делают, пчелки это делают,
Даже образованные блохи это делают,
Давай сделаем это, давай влюбимся.

Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези, Cole PorterИ тем не менее, именно эту пластинку Хранитель просто заслушал до дыр! Ее вообще любили слушать все обитатели антресолей, — даже Иуда Искариот, который ненавидел музыку в любом виде.


Что читают с этим материалом? Владимир Высоцкий и поклонники: «Он — как первая сигарета»


Ангелы тоже ошибаются.

Нечаянная радость

Вообще, со времен совместного писания Иудой и Бартом романа «Записки Иуды Искариота», бывший ученик Христа несколько изменился. Он снова стал радоваться, улыбаться… Он с упоением перечитывал снова и снова строчки, написанные Алексом Бартом, смеялся как ребенок, то и дело цитируя Тринадцатому особенно ценные на его взгляд фразы.

— Нет, ты только послушай, Тринадцатый!!!

«Учителю не нравится Иерусалим. Холодный голый город. С утра до вечера проводя в прениях с фарисеями, мы покидаем храм через Сузские ворота и, спускаясь в долину Кедронскую, отдыхаем в саду под названием Гефсимания: единственное зеленое место в городе.

Тринадцатый ангел, христианское фэнтези, Гефсимания

Гефсимания. Фото А. Яремчука

А на рассвете вновь отправляемся в храм, где фарисеи и книжники, возненавидевшие Иисуса за его учение, пользующееся огромным успехом у иудейской черни, пытаются загнать Его в тупик, в ловушку.

От постоянных споров и пререканий, от постоянного внутреннего напряжения Учитель осунулся еще больше. Совсем перестал спать.

Глядя на храм, Он часто повторяет:

— Скоро он будет разрушен. Камня на камне не останется".

Иерусалим, спецпроект Паломники. Святая Земля, Золотые ворота

Иерусалим. Фото А. Яремчука

— Это лучшее, что я читал за последние 500 лет!!! — продолжал восторгаться Иуда.

— Еще бы, Иуда… Ты же себя читаешь, потому и нравится, что тут удивительного? — просто и честно сказал Тринадцатый, намазывая последним елеем лик и крылья Хранителя Алексия.


Что читают с этим материалом? День сотворения мира — 5970 лет назад родилось мироздание


Ангелы тоже ошибаются.

Вера в силу человека

— Не прав ты, мой друг, — тихо поправил Тринадцатого Ангел-Хранитель. — Для людей самое главное — чтобы их слушали и принимали, какими есть — от этого они лучше становятся… Я пока в этом заточении был, понял многое… Свои ошибки понял…

— Какие это у ангелов могут быть ошибки? — удивился Иуда. — Вы же самые правильные существа Божьи!!!

Хранитель Алексий усмехнулся:

— Вот значит и мы можем ошибаться, не только вы, люди… Я отчаялся, дорогой мой друг Иуда, перестал верить в силу человека… В его способности идти за Светом… Роптал я и унывал, а нельзя было… Так что сам виноват, и понесу перед Господом и своими братьями всю полноту наказания…

Иуда подошел к постели Хранителя, поправил его прекрасный белый хитон, сшитый руками Марии, и погладил его сбившиеся крылья. Он почти плакал и тихо говорил:

— Как ты мудр, Хранитель… Наказание не так страшно, как гонение, когда ты изгой… Поверь… Я готов понести тысячи наказаний, лишь бы снова быть там, в ненавистном Иерусалиме у Его ног… И чтобы все было иначе…

Ангелы тоже ошибаются.

Бесы атакуют

Хранитель вдруг сильно закашлялся и задрожал под одеялом. Иуда отпрянул в страхе.

— Сашенька… — шептал Хранитель. — Сашенька… Беда с ним…

— Что? Что случилось? — наперебой спрашивали Хранителя Тринадцатый и Искариот.

— Горе случилось… Горе… Бесы снова… Бесы атакуют…

Искариот вытащил из хитона нож и пулей вылетел из антресолей вниз, в комнату Алекса Барта. Тринадцатый следовал за ним.Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези

Ангелы тоже ошибаются.

Гараж, антресоли, пустыня Ханаанская

За стеклянным столом Алекса Барта сидел пьяный Регент. Он перечитывал рукопись Барта, икая и хохоча, как безумный.

Иуда вихрем подлетел к нему, выхватил исписанный блокнот «Макей», и подставил к горлу беса свой острый нож.

— Не смей, сволочь…- глаза Иуды от гнева расширились.


Что читают с этим материалом? Иордан — все тайны реки, в которой крестили Иисуса Христа


Бес хохотал.

— Что ты мне сделаешь? Аллё, гараж-антресоли-пустыня Ханаанская? Предашь за 30 сребреников?

—  А за сколько сребреников предал ты, Регент???

Бес умудрился вывернуться от ножа Иуды, но далеко убежать не смог. Искариот настиг его возле двери и повалил на лопатки:

— Ты что ж, сволочь, сделал, а??? Что с Бартом?

— И что ты мне сделаешь, предатель? Повесишь на своей осине? — из последних сил сопротивлялся и уворачивался от рук Иуды бес.

— Нет, хуже! Я задушу тебя прутиком от куста Церсис! А потом подвешу у центральных ворот вашего адова гадюшника!!! Говори, сволочь!!!

Ангелы тоже ошибаются.

Как Пилат

Иуда только сейчас заметил, что в отличие от белых холеных рук и светлого лица, шея у беса — мерзкого серого цвета, и морщинистая, как старая мятая бумага. Искариот трижды сплюнул через свое левое плечо, а потом трижды — прямо на лицо Регента. Тринадцатый стоял рядом и неистово молился, жалея, что закончился елей.

— Фу, гадость! — Бес хохотал и плакал одновременно. — Меня заплевал Искариот!!! Аааа!!! Мамочка, роди меня обратно!!! Хана нашему Бартику, хана! Подослали к нему других чертей из моего департамента… Серьезные ребята…

— Кто такие? — рычал Иуда.

— Мои бывшие подопечные… Писатели! Великие! Против них ваш Барт — хрен собачий!!! Они вызвали его на суд!


Что читают с этим материалом? Перес-Реверте — писатель, умеющий жить


— Зачем??? — в один голос крикнули Иуда и Тринадцатый.

— Вы идиоты? Чтобы довести до сердечного приступа, конечно! Это ж как пять пальцев об асфальт…

— А ты чего не заступился???

— А кто меня спрашивал??? Папа сам все решил!!! Барт сам виноват, что любит баб, большие сиськи и бехеровку!!! Я ни при чем!!! Я же демон!!!

— Ты хуже!!! Ты, как Пилат, ручки свои и умыл тут же, да??? Ты же сам хотел, чтобы он снова писал!!! — рычал от гнева Иуда Искариот.


Ангелы тоже ошибаются.

Когда нужен крестный отец

Иуда снова треснул его об пол так сильно, что Регент застонал от боли и отключился. Искариот отшвырнул его к кровати и расплакался как ребенок.

— Я так и знал. Они не дадут… Я так и знал… Я всегда был крайним! Им просто нужен крайний! Я — крайний… И жизнь моя, и смерть на окраине…

Тринадцатый накрыл дрожащие от горя плечи Иуды своими крыльями. В некоторых местах перышки еще не совсем срослись и тут же снова порвались, но Тринадцатый не обратил на это внимания.

Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтезиАнгел-Хранитель двенадцатого ученика Христа, которому так и не суждено было стать двенадцатым апостолом, снова был рядом со своим Иудой. Как и 2000 лет назад, Иуда снова был один. Он снова был в отчаянии, и снова плакал, как тогда, когда швырнул ненавистные 30 сребреников первосвященнику Каиафе прямо в лицо убежал из суда в претории Пилата в сад с этими странными кустарниками Церсиса…


Что читают с этим материалом? Иерусалим — суд над Христом и ошибка Иуды


— Не надо так отчаиваться… — раздался тихий голос откуда-то сверху.

С андресолей на Иуду и Тринадцатого смотрел Ангел-Хранитель Алексий. Каким-то чудом он смог встать и даже пролететь несколько метров.

— Нам нужен отец Сергий… — проговорил Хранитель.

— Кто это? — снова в один голос спросили Иуда и Тринадцатый.

— Крестный отец Александра Барта. Только он сможет вымолить теперь. Из людей только он.

— А вы, Хранитель?

— Для Господа важнее, когда молятся люди… А отец Сергий — прекрасный молитвенник…

Ангелы тоже ошибаются.

Самые несчастные люди

За столом, освещенным лампой под старомодным красным абажуром, ужинали Гоголь и Булгаков. Первый ел с явным аппетитом, то и дело подливая себе рюмочку перцовки, тогда как второй ел мало, практически не пил, всего больше дымил длинной сигаркой с мундштуком.

— Николай Васильевич, любите ли вы театр? — спросил у Гоголя Булгаков.

— Комедиянты, друг мой, комедиянты — самые несчастные люди нашего общества.

Алекс сидел рядом и не верил своим глазам: он, Булгаков и Гоголь!!! Вот это троица! Перед их столом была маленькая сцена, как в детском кукольном театре. Два прожектора освещали темно-красный занавес, который странно колыхался, словно кто-то все пытается его открыть, но не мог.


Что читают с этим материалом? Юрий Олеша — гибель интеллигента и отлучение от литературы


Ангелы тоже ошибаются.

Булгаков, Гоголь и вериги актеров

Булгаков и Гоголь, казалось, сидят здесь целую вечность. Целую вечность Николай Васильевич ест свою любимую итальянскую пасту, а Михаил Афанасьевич вечность курит свои любимые папиросы. И целую вечность Булгаков называет Гоголя на итальянский манер «Никола», делая ударение на последнем слоге, а тот в ответ зовет его на украинский манер «Михайло».Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези

— Вы думаете, Никола? — удивляется ответу Гоголя Булгаков.

— Более чем, друг мой, более чем! Кто на себе грязь людскую носит? Кто на себя одежды примеряет со всеми нашими пороками и слабостями, причем примеряет так мастерски, словно эти одежды выданы им при крещении еще в купели?

— Так ведь это священники спокон веков страдали подобным, Никола?!

— Увы, мой друг Михайло, это прежде было. Теперь эти вериги носят актеры… комедиянты. Хотя за это им даже и платят хорошо, не то, что в наши с вами времена. Комедиянты живут ими, борются с ними, преодолевают или умирают. И так каждый раз.

Произнеся эту тираду, Николай Васильевич поднял рюмку, выпил половину, поперхнулся, крякнув: «Дрянь какая».


Что читают с этим материалом? Нос Гоголя — сексуальный подтекст скандальной повести


Ангелы тоже ошибаются.

Категория «нормальная сволочь»

— Кроме того, Михайло, священники тоже стали иного склада. Они теперь за души борются, но им от этого еще хуже. Спиваются совсем. А вы вот как думаете, Александр Романович?

Низкий и резкий голос Гоголя действовал на Алекса, как острая бритва при неверном наклоне лезвия.

— Думаю, священники такие же, как и комедианты. Есть нормальные, есть сволочи, — ответил Алекс.

Видимо, Николаю Васильевичу ответ понравился, потому что он жестом показал Булгакову налить рюмку перцовки и поставил ее перед Бартом.

— Полностью с вами согласен, милейший, полностью! А вы себя к какой категории причисляете? Нормальных? Или сволочей?

Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтезиОстрый и колючий взгляд Булгакова впился, казалось, в самое сердце Алекса.

— Нормальных. сволочей…- проговорил Барт, взял рюмку и осушил ее одним глотком.

Булгаков тут же подставил ему тарелку с закуской из мяса, рыбы и корнишонов:

— Обязательно заедайте, милейший. Водка здесь — сущая дрянь. Да и в пьяном виде вы уже не просто, как сами себя изволили назвать «нормальная сволочь», а, простите за грубость, «сволочь редчайшая». Потому закусывайте. Судить пьяного — верх непотребства.

Ангелы тоже ошибаются.

Судить пьяного — верх непотребства

— А вы будете меня судить? — поразился Алекс.

Гоголь и Булгаков молча кивнули.

—  Но как? Вы же сами…

— Да-да, милейший, «а судьи кто» прям по Грибоедову, — заметил многозначительно Николай Васильевич, и поднял рюмку вверх: — Согласитесь, кто как не мы, понимаем ваши проблемы, Александр Романович? Только настоящий писатель может понять настоящего писателя.

— Вы же настоящий писатель? — уточнил Булгаков.

Алексу снова стало не по себе.

Да, в быту он часто прикрывался маской гордеца и бахвалился, однако перед столь уважаемыми им людьми бахвалиться было даже как-то стыдно. Потому Алекс снова выпил для храбрости, после чего произнес:

— Вы, Михаил Афанасьевич, и вы, Николай Васильевич, …вы — да, настоящие! О себе такого сказать не могу… Раньше я думал, что настоящий. А вот сейчас совсем не уверен. Как ту дурацкую статуэтку получил, то как будто клеймо какое-то на меня надели. С тех пор — ни строчки не написал. Ни строчки…Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези

Ангелы тоже ошибаются.

Рукописи не горят

— А вы сожгите все, — оживился Гоголь, и глаза его нехорошо заблестели. — Как я…

— Пробовал в молодости… — ответил Барт, с тоской вспоминая старый мамин чемодан, полный блокнотов и записных книжек, который сжег во дворе дома, где когда-то жил с родителями.

— Рукописи не горят! — на всякий случай напомнил Булгаков и подмигнул Барту.


Что читают с этим материалом? Мистика Гоголя — Проект «Литература с Курилко»


Рюмки отозвались музыкальным звоном.

— Настоящий хрусталь! — подтвердил Булгаков. — От матушки моей подарок храню.

— Итак, милейший Александр Романович, думаю, наше заседание пора открывать. Свидетели по вашему делу уже давно ждут, неудобно как-то.

— Прямо свидетели?

— Ну, отчасти это актеры, но подмену вы вряд ли заметите, — тихо добавил Булгаков, и подмигнул.

Алекс содрогнулся — один глаз у Булгакова был карий, а другой светло-голубой, как у его Норы. Булгаков заметил это и снова лукаво подмигнул.

— К тому же, влетит некоторым, если здесь надолго задержатся. У нас там порядки строгие. Все по справедливости, шаг влево, шаг вправо… ну ладно. Вы, Александр Романович, будете записывать показания свидетелей по вашему делу.

— Как? Сам? Показания о себе!!!

— А почему бы и нет? Мы вам доверяем. Как писатели писателю.

После этих слов Гоголь и Булгаков рассмеялись, но страшнее этого смеха Алекс ничего не слышал.

Ангелы тоже ошибаются.

Захват отделения интенсивной терапии

В больнице не сложно было догадаться, где именно лежит актер и писатель Александр Барт. Возле корпуса и на этаже толпились люди с цветами, апельсинами и игрушками в виде волчат — Барт любил «волчью» атрибутику во всех ее видах. У входа в отделение интенсивной терапии дежурная, подобно защитникам Сталинграда, героически держала оборону.

Журналистка центральной газеты Маргарита Савчук с дочерью с трудом пробрались через толпу желающих войти в отделение или хотя бы передать цветы и подарки любимому актеру.


Что читают с этим материалом? «Собачье сердце» на разрыв — за что критикуют Булгакова


— Я вам уже сто раз говорила, что Александр Барт переведен в наше отделения недавно, посещения посторонних строго запрещены, только для ближайших родственников! — кричала медсестра на входе в отделение.

— Мы и есть ближайшие родственники! — взвизгнула Маргарита сквозь толпу, импровизируя на ходу.

Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези— Еще одна жена? — ехидно ответила дежурная.

Рита замялась.

— Я его дочь! — вдруг выдала ее дочь Маша, протискиваясь к самой двери, которую закрывала своим телом медсестра.

Та строго посмотрела на Машу, на ее бессменную футболку c надписью «Shut up», виднеющуюся из раскрытой курточки, потом на протиснувшуюся вслед за ней Риту.

— Да, это его дочь, Мария. Можете узнать у Барта.

Маша молитвенно сложила руки:

— Принесла папе пирог и компот, чтобы он с голоду не умер.


Что читают с этим материалом? Постные блюда — здоровые и полезные рецепты от диетологов


Ангелы тоже ошибаются.

Пирог для папы

Дежурная продолжала молча разглядывать маму и дочь, словно ища какое-то сходство, пока, наконец, не вынесла вердикт:

— Пойду, узнаю у Александра Романовича, сможет ли он вас принять.

У Марго полезли глаза на лоб — она и не знала, что в украинских больницах есть такой сервис.

— Тетя, передай ему пирог от нас, ну, чтобы дважды не ходить, — «добила» дежурную Маша.- Ведь путь к сердцу мужчины лежит через желудок.

После этих слов медсестра из больничного цербера времен защиты Сталинграда превратилась в обычную женщину «за 50». Ее губы предательски растянулись в доброй улыбке.

— Ну давай уже свой пирог… Надо же, как на отца похожа!

Рита почувствовала, что краснеет, и чтобы не выдать себя, взялась помогать Маше добыть из недр ее рюкзачка пирог.

Ангелы тоже ошибаются.

В чью смену болеет знаменитость

Через 10 минут дежурная вернулась и с видом потомственного мажордома семьи английских аристократов отчеканила:

— Александр Романович сказал, что Маша может входить, когда ей захочется. А его матери он дает максимум пять минут.

Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези— Вот гад! — тихо ругнулась Рита, и тут же громко добавила — Спасибо! Так нам можно зайти?

Вместо ответа дежурная показала жестом следовать за ней, быстро открыла дверь, впустив две фигурки, и тут же ее захлопнула, пока толпа фанатов не ринулась сносить дверь.

— Только бы не выломали! — горько проговорила дежурная, пугливо глядя на то, как дверь стала ходить ходуном, словно ее вот-вот снимут с петель. — Что значит, заболела знаменитость… Да еще и в мою смену!!!


Что читают с этим материалом? Земфира и поклонники — как чудили ради девочки с плеером


Ангелы тоже ошибаются.

Здравствуй, дочь

Алекс Барт лежал в палате один. Вокруг него было столько аппаратов, что даже у повидавшей всякое журналистки Маргариты сжалось сердце. Машка вообще стушевалась, увидев бледное и похудевшее лицо любимого соседа из квартиры № 49. Щеки ввалились, подбородок зарос щетиной, руки прикованы катетерами к аппаратам. Столик напротив кровати был завален коробками конфет, плюшевыми волками и цветами.

— Ну, здравствуй, дочь, — послышался тихий голос Алекса.

От этих слов обе гостьи вздрогнули, а Маша спряталась за маму, с трудом выдавив из себя «Здравствуйте».

— Это я такой страшный стал, что ты от меня прячешься? — грустно спросил больной.

— Это я… ради мамы. Она хотела у вас интервью взять.

— Жаль. Я думал, это ради меня ты пришла, подруга дней моих суровых… Передай маме, что я не даю интервью, — ответил Барт, взглянув на Риту.

Ангелы тоже ошибаются.

Эффект борща

В этом его взгляде было столько усталости, что у той сжалось сердце. В такие минуты она ненавидела свою профессию.

— Да я и не надеялась особо, — промямлила Рита пересохшими от волнения губами. — Тем более, что твой художественный руководитель нам во всех подробностях рассказал, как все случилось, так что отдыхай. Мы просто зашли узнать, как ты. Маша ради этого даже борщ съела… впервые в жизни.

— Как так? Маша? Ты ж ненавидишь борщ! — поразился Алекс.

Девочка потупилась.

— Ба и мама сказали, если не съем, к вам не отпустят…- и спряталась за маму.

Барт улыбнулся.

— Ох, эти женщины… Ты знаешь, Маша, что я был влюблен в твою маму в школе?

Ангелы тоже ошибаются.

Хулиганский стиль

— В меня??! — воскликнула Маргарита. — Да ты же постоянно обижал меня! То клей в портфель наливал, то за косы дергал!

— А что ты хотела, чтобы я тебе в третьем классе цветы дарил? В кино водил?

— А разве не так себя ведут мальчики, если им нравится девочка???

— Увы, это не про меня… Хулиганом был, хулиганом и остался. Это мой стиль. Фирменный.

Маша уже вовсю игралась волчатами в дочки-матери. Алекс наблюдал за ней с каким-то особым, прежде неиспытанным трепетом, и даже на секунду пожалел, что у него не было своей дочери.


Что читают с этим материалом? Акунин и женщины — три новых детектива, чтобы не зря убить время


— Пусть берет этих волчат себе, я не люблю плюшевые игрушки, — попросил он Риту.

— Хорошо.

— Тебе очень нужно интервью?

— Главред просит. Ты же ни с кем не общаешься, а наши знают, что мы в одном классе учились и соседи…

Барт снова помолчал, наблюдая за Машей.

— Я всегда девочку хотел, но мои женщины мне только пацанов рожали…

Рита пожала плечами.

— Вас, мужиков, не поймешь. То сына хотите, то потом, оказывается, дочь…

— Классная растет девка… Огонь! — на усталом лице Алекса промелькнуло подобие улыбки. — Умираю я, Марго…

— Перестань! Что за глупости!

— Точно говорю. Давай так. Я дам интервью, но не тебе…

Рита напряглась.

— Расслабься, женщина. Я дам интервью Машке твоей. Ведь круто! Такого еще не было!

У Риты от удивления глаза стали круглыми.

— Да Машка ведь ребенок! Она не знает, как брать интервью, что у таких как ты спрашивать!!!

— А ты откуда знаешь? Пробовала?

— Но это же абсурд, Алекс!!!

— А что? Будут эдакие «вопросы маленькой почемучки»?

Марго хмурилась.

— Короче, или Маша мне задает вопросы, а ты ждешь в коридоре, или никакого интервью не будет! — отрезал Барт.

Маша перестала играть с игрушками и внимательно посмотрела на маму и Барта своими огромными голубыми глазами.

— Дай мне десять минут, я напишу Машке вопросы…

— Хорошо, через десять минут я жду Машу, а ты останешься в коридоре… Думаю, десять минут у меня еще есть…


Что читают с этим материалом? Детские вопросы месяца в проекте Почемучки


Ангелы тоже ошибаются.

В каком месте у вас душа?

Через десять минут дверь открылась и Маша, бледная как стена, с диктофоном в правой руке и блокнотом — в левой, прошла к постели больного. Барт открыл глаза.

— Привет, журналистам! Давай, где там твой диктофон?

Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези. Ангелы, ребенокМаша протянула диктофон, рука ее при этом так дрожала, что Барт испугался, что он упадет.

— Положи диктофон на тумбочку, а то уронишь, мама расстроится…

Маша положила диктофон на тумбочку и прокашлялась.

— А в блокноте мама вопросы написала?

Девочка кивнула.

— Читай!

— Александр… Романович… как вы се… бя… чу… вствуете… — прочла Маша и закашлялась от волнения.

— Жив пока, Машенька… Но надолго ли.

Маша пыхтела, сопела, кряхтела, пытаясь изо всех сил прочесть второй вопрос. Но почерк мамы, даже в печатном варианте, расшифровке не поддавался.

— Отложи блокнот и импровизируй, — посоветовал Барт ребенку. — Мама все равно ерунду какую- то написала. Спроси, что хочешь сама узнать у меня… Это всегда самое интересное…

Девочка на мгновение задумалась, потом прокашлялась и произнесла:

— У вас что-то болит?

— Да. Болит душа.

— А в каком месте у вас душа? — наивно спросил ребенок.

Алекс тихо засмеялся.

— Сложно сказать. Надеюсь, где-то в области солнечного сплетения. Как защимит… дышать не могу.

— Что с вами случилось?

— Я ужасный человек, Марья Сергеевна…

— Зато вы хороший писатель и актер. Вас любят. Сколько людей сейчас возле палаты дежурят у ваших дверей! Мы еле-еле прорвались!

Ангелы тоже ошибаются.

Профессиональный врун

— Актеров легко любить, Маша. Легче, чем даже писателей. Чем лучше человек играет, тем больше его любят.

— Почему?

—  Когда актер грает — что он делает? Надевает чужую маску на себя, и выдает себя за другого. Говорит неправду. Врет значит.

Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези— Получается, вы хорошо врете?

— Точно… Профессиональный врун!

— Неправда. Вы ведь потеряли сознание на сцене, а это было взаправду!

— Да, Маша, увы. Лучше бы я умер там на сцене, а то просто упал, потерял сознание — что тут особенного?

— Вам стало плохо?

— Если скажу правду, никто не поверит.

— Я поверю.

— Ну, разве что.

— Так что случилось?

— Я увидел за кулисами двух людей, которые давным-давно умерли. Одного звали Николай Гоголь, другого — Михаил Булгаков.

— А что они там делали?

— Думаю, они смеялись надо мной. Я очень люблю веселить людей, но здесь было совсем не смешно. Они говорили, что пришли за мной. И что они от самого черта.


Что читают с этим материалом? Проект Литература — два года и 400 книг. Перлы наших читателей


Ангелы тоже ошибаются.

Помолитесь за меня

— Александр Романович! А вы знаете, что в вашей квартире живет ангел по имени Анжелина Джоли?

— Нет, Маша, я не видел ангелов. Только чертей, увы. И думаю, отчасти они правы. Я пропащий человек. Много пью, курю, детей вижу редко. Кричу иногда, даже на таких ангелов, как ты. Так что ангелы у меня бы не прижились, даже если бы и были таковые в моем доме.

— А если бы вы увидели ангела, что бы сказали?

— Не знаю. Когда увижу, скажу.

— Вы кого-то любили?

— Да, но их мало было. Они либо умерли, либо предали меня. Чаще любили меня, чем я.

— Кого бы вы хотели увидеть сейчас?

— Тебя. Но ты уже здесь.

— Спасибо, и все?

— Еще Сергия Калягина. Это духовник моей мамы. Он крестил меня… Ты спросила — и я подумал именно о нем. Скорее всего, он умер.

— Что бы вы ему сказали?

Алекс вдруг сильно закашлялся, и отвечал уже с трудом:

— Чтобы он помолился за меня … Маш, не в службу, а в дружбу, возьми в столе ключи и кошелек, покорми Нору… И ее бы выгуливать два раза в день… С тобой она пойдет…

Больше сказать он ничего не успел. Его тело вдруг забилось в конвульсиях, глаза закатились. Маша с диким криком выбежала в коридор, зовя маму…Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези, Ангелы, ночь

Ангелы тоже ошибаются.

Новость из газеты

Сергей Михайлович Калягин не очень любил прессу, но знал, что учителю истории — как и любому учителю по должности положено знать, что происходит в стране, хотя бы в общих чертах. Телевизора в его доме не было, потому все новости он читал сразу за всю неделю в одной и той же газете. Он бы читал чаще, но увы, в Забирье, где жил Калягин, газеты завозили только раз в неделю. Каково же было его удивление, когда на 6 странице внизу он прочел удивительную новость, которая поразила его до глубины души.


Что читают с этим материалом? Давид Черкасский и история шедевров — Врунгель, Остров сокровищ и Айболит


«Вчера в нашей газете вышло интервью с актером и писателем Алексом Бартом, с которым пообщалась 7-летняя Маша Савчук. Сегодня здоровье актера резко ухудшилось. Редакция просит откликнуться священника Сергия Калягина, чтобы исполнить волю смертельно больного человека».

Отложив газету, Сергей Михайлович, долго сидел, закрыв глаза. Потом пошел в дальнюю комнату, к образам, стоящим в правом углу. Упал на колени и стал долго молиться.

Ангелы тоже ошибаются.

Плачущий учитель

Ученик шестого класса Саша Борзенков забежал в привычное время занести Сергею Михайловичу свежеприготовленный обед, который наварила для старенького учителя истории его бабушка, а заодно и позаниматься. Он чуть не уронил банку с борщом на пол. Его любимый учитель стоял на коленях весь в слезах. Причем слез было настолько много, что даже на полу образовалась лужица.

Калягин обернулся и кивнул ребенку:

— Сашенька, подожди меня в кухне. Сейчас. Пять минут, и будем заниматься.

Саша кивнул. Пошел в кухню, достал из шкафа тарелку борща и впервые в жизни подогрел еду, нарезал хлеб, приготовил ложку и сметану, после чего молча стал ждать. Он надеялся, что его инициатива, проявленная в таком виде впервые, развеселит учителя, но случилось иное. Увидев накрытый стол, Сергей Михайлович снова расплакался.

Через два часа Сергей Калягин в рясе и с чемоданчиком со святыми Дарами стоял на платформе «Боярка» и ждал электричку на Киев.Тринадцатый ангел глава 12, христианское фэнтези, Ангелы, бабочки

Продолжение в следующую субботу

Что читают с этим материалом?

Понравилась статья? Что думаете? Расскажите нам